период адаптации

Проседая на одном и том же месте, смотря на одних и тех же людей, хочется уже либо окончательно дотереть эту воображаемую дырку на вашем лбу,  либо кинуть это никчёмное занятие, а заодно и вас.  Устаёшь общаться с одними и те же людьми, знать, что они скажут или какой образ выберут для лучшей остроты ответа. Негатив так и засел в наших телах, а оперировать никто не берётся, хотя болезнь не нова. Никто не берётся, потому что нет нужного скальпеля, нет подходящих ножниц и, простите, лупы, чтобы хоть как-то найти и излечить ваши страхи. Иначе откуда негатив? Откуда этот комок злости, подаренный мне в детстве, который растили и которому поддакивали, вместо того чтобы убивать? Мне бы сейчас подавить его, да вы же не даёте, утверждая, что это нормально и вполне соответствует нашей действительности. А всё что в самом деле хорошо – то просто, не для нас слишком сложных, рано повзрослевших, успевших перещеголять родителей в опыте и мудрости.

Не могу писать. Поэтому из прочитанного.

Пускай эти честные простаки вопят: "Не сдадимся!" - мы только посмеёмся, ибо победа за нами, и выслушаем их без гнева.
...

Так станем ли мы гневаться на несчастную жертву? Случалось ли вам видеть, как bellua, именуемое кошкой, играет с мышью? "Не сдадимся!" - пищит длиннохвостая бедняжка, мечась из угла в угол. Чудовище приближается, добродушно треплет его лапкой по плечу, игриво подбрасывает её и - в положенное время съедает.

(с) Уильям Мейкпис Теккерей "Книга снобов, написанная одним из них"

Как долго не было разговоров до рассвета. Эти трое суток были незабываемы, начиная последним днём в Томске и продолжая в Новосибирске. Они более ценны от того, что очень редки. Обычно их не бывает из-за  учёбы, бесконечных тусовок, для которых пока и живу. Такие беседы феноменальны, потому что ведутся с исключительными людьми. Удивительно, что для меня самыми близкими остаются друзья с детства. Обычно другие их заменяют новыми знакомыми и приобщают к клану «дружков». Но опять же ненадолго. А у меня надолго. Вот и не отпускаем друг друга. Это не то, что держим при себе, боясь потерять. Это нечто большое. Вы не можете объяснить свою глупую любовь/страсть, которые быстро проходят. Я же не смогу выразить своё понимание дружбы (даже пока пытаться не буду) так как всё делаю, чтобы не потерять ни одного лучшего.   

Говорят, поездки располагают к раздумьям. Моя поездка происходила в трясучем автобусе. Сзади бабульки, обсуждающие кто у кого роился, кто с кем женился, предположительно, кто первый должен умереть из знакомых (ладно хоть ставки не делали). Сбоку парень, блаживший в трубку на всю маршрутку: «ШЛЮХА! Не дай Бог, ты меня не встретишь на вокзале! Я ХОЧУ ЖРАТЬ!!!». Ну и за баранкой старичок: «Не пристегнётесь – сдеру с вас штраф 200 рублей». И так на каждой остановке. А таких было много. Не могут же детки сразу в туалет сходить. Ни о чём-таки я не думала, как и предполагала.    

Неожиданно для себя поняла, что постоянной вещью в моей сумке стал фотоаппарат О_о

Наконец Томск удосужился отпустить меня. Так непривычно находиться в этом городе целых пять безвыездных месяцев. Появилась возможность сбежать от здешних заморочек, и потому тороплюсь. Я не собираюсь искать ответы на «неразрешимые» вопросы. Всё решаемо, но я не хочу ни выбирать, ни определять. Мне полюбилась фраза Скарлет О`Хары: «Зачем думать об этом сегодня, когда можно подумать об это завтра?» («Унесённые ветром»). Так и я не буду копаться в своих мыслях, оно надоело. А если начну, то уныния не избежать. Сразу закружат мысли о неудачах, о том чего нет, а может никогда уже и не будет.

Настигло ощущение того, что я как разочарованный парень. Ему 20 лет, он яро желает играть в футбол, но его не пускают в профессиональную команду. Герой поздно спохватился. Стар уже. Стара и 25летняя девушка, желающая стать моделью. Такое чувство, что стара и я. Стара для первой неземной любви, когда у вас сносит крышу, бабочки тиранят живот. Просто мимо прошло всё.

Заменяется всё теми, кто рядом. Кто тебе нужен, а не кому ты нужна.     

мне бы только начать

Закончилась сессия. Знакомые на время сдачи экзаменов буквально першили своим творчеством. Именно першили. Это когда у вас першит горло, а вы всё равно через силу пытаетесь сказать хоть слово. Также и они: писали и писали свои мысли, чтобы хоть как-то отвлечься от стопок ненужного материала.

И вот оно, никогда не ускользающее из моего лексикона слово стопка. И, несмотря на то, что с алкоголем я завязала на некоторое время, он не забывает напоминать о себе.
Возвращаясь к начатой теме, скажу, что не могу писать, когда хоть что-то отвлекает. Для меня писать это тоже работа, но работа приятная. А именно приятную работу обычно откладывают на десерт. Вот я обратно и возвращаюсь. Вспоминая маленькую трагедию Пушкина «Моцарт и Сальери», то, безусловно, отношу себя к типу серединного человека Сальери. Он ни гений, но и не «маленький человек», этот герой всегда в середине. Так и я застряла в середине, не могу вырваться вперёд. Туда манит, а ни сил, ни времени, да даже элементарно мозгов не хватает. Но кто говорит, что я бестолково брошу это занятие? Для того и стараюсь. Не нужна мне ваша «золотая середина». Все эти мысли навеяны сессией. Вот они злосчастные четвёрки, резко опустившие меня.

Довольствуемся тем, что имеется.

Остальное лишнее.